**1962 год, Ленинград.** Анна узнала об измене случайно, найдя в кармане пальто мужа смятую записку с незнакомым почерком. Мир сузился до размеров их "хрущёвки", где пахло котлетами и тишиной. Она молча выгладила ту самую сорочку, которую готовила ему к совещанию. Предательство пахло чужими духами "Красная Москва" и стыдливо прибранной постелью. Выбора не было — только терпеть, стиснув зубы, ради дочери и справки с места работы в личном деле. Её драма разворачивалась в четырёх стенах, под аккомпанемент шипения примуса и бодрых голосов из репродуктора.
**1987 год, Москва.** Для Светланы новость принесла "подруга" на званом ужине в ресторане "Арбат". Муж, директор кооператива, завёл молодую секретаршу. Позор был публичным, как малиновый пиджак её неверного супруга. Её месть была светской: дорогой развод через только появившихся частных юристов, делёж ковров и дефицитной иномарки, ядовитые сплетни в нужных кругах. Её горе выставлялось напоказ, как бриллианты и казённая тоска на приёмах. Она отвоевала статус, но в огромной новой квартире с импортной мебелью эхом разносилась пустота.
**2019 год, Санкт-Петербург.** Кира, корпоративный юрист, увидела историю мужа в "Инстаграме*" — он отметился в баре с коллегой. Не было истерик. Было холодное, чёткое осознание, как при изучении контракта. За одну ночь она составила план: раздел имущества, переговорная стратегия, звонок своему адвокату. Её боль была приватизирована, вынесена в личный мессенджер и на сессии к психологу. Битва велась цифровыми следами, брачным договором и спокойным, безэмоциональным разговором за стеклянным столом кухни. Она отстояла квартиру и самоуважение, но по выходным в идеально чистом пространстве ловила себя на мысли, что проверяет его подписки.
Комментарии